Идентификация с истеблишментом
Aug. 8th, 2015 04:14 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
posicК обмену комментами под постингом с письмом в Дюк -- http://posic.livejournal.com/1206244.html
Как известно, нормальная организация производства и торговли подразумевает, что все стороны находятся под угрозой естественных последствий своего непродуктивного поведения.
Работник должен знать, что его могут уволить. Работодатель должен знать, что работник может уйти. Владелец фабрики должен знать, что кто-нибудь может построить конкурирующее производство. Хозяин магазина должен знать, что покупатель может пойти в другой магазин. Покупатель должен знать, что магазин может закрыться.
Каждая из этих санкций сама по себе часто нежелательна для обеих сторон. Работодатель заинтересован в этом работнике, а работник -- в этом работодателе. Строительство конкурирующего производства создаст две убыточные фабрики на месте, где была одна прибыльная. И все же действие таких угроз необходимо для того, чтобы стороны удерживали свое поведение в разумных рамках.
На самом деле, такие угрозы действуют всегда, просто их легитимность может быть признаваема или отрицаема. Абсолютная гарантия от увольнения невозможна, но работник может признавать легитимность возможности своего увольнения -- и стремиться быть полезным для работодателя, или отрицать такую легитимность -- и вступать в профсоюзную борьбу против работодателя. Второй вариант, будучи проведенным последовательно, приводит со временем к деградации и банкротству целых отраслей. Работник все равно оказывается на улице, но только новой сколько-нибудь приличной работы ему уже не найти.
Особенно очевидна эта разница в политической плоскости. Политики могут признавать легитимность возможности своей замены -- получается демократия. Или они могут отрицать эту легитимность -- и получается "борьба с цветными революциями". От чего зависит выбор того или иного варианта?
Психологический механизм, стоящий за стремлением не допустить перемен, можно описать, заменив упоминание Всевышнего на Ваше Превосходительство в известном изречении из Достоевского. "Если президента нет, то какой же я после этого слесарь второго разряда?" "Если нет профсоюза, то какой же я работник министерства образования?" "Если нет Тимоти Гоуэрса, то какой же я после этого математик?" "Если нет журнала Инвенционес, то какой же я доцент университета Боковой Дакоты?"
Подвержены этому закомплексованные люди, которые чувствуют, что ничего из себя не представляют, и пытаются отождествить себя с чем-то масштабным если не по качеству, то хотя бы просто по размеру. По-настоящему квалифицированному работнику, осознающему свою ценность для работодателя, не нужен профсоюз. Настоящий математик со своими определениями и теоремами существует безотносительно существования иерархии престижных журналов.
Никакой истеблишмент не вечен (и слава Богу). Феномен психологической идентификации с истеблишментом развязывает ему руки для действий, разрушительных по отношению к ценностям, которые он номинально призван защищать. Это скорее приближает, чем отсрочивает его крах. С другой стороны, отказываясь идентифицироваться с истеблишментом, я одновременно отказываюсь представлять себя на их месте или давать им советы. Не берусь я и давать советы другим авторам или рецензентам. Мое право перестать ходить в магазин возле дома не ограничено обязанностью давать советы хозяевам или другим покупателям.
Цель моей политики отказа от рецензирования для журналов, оказывающихся меня публиковать, не состоит в том, чтобы ограничить пул потенциальных рецензентов для любого журнала авторами работ, в этом журнале опубликованных. Она состоит в том, чтобы установить для истеблишмента цену отказа от признания важных авторов. Идея не в том, чтобы закрылся конкретный журнал Дюк (знаменитый духом немотивированного произвола, с которым его редактор принимает решения об отвержении работ) -- хотя я не огорчусь, если он закроется. Идея в том, чтобы повесить над Дюком и его коллегами по цеху престижных журналов, равно как и над их редакторами и постоянными авторами, некую угрозу.
Вы можете обходиться без моих рецензий? Ничего не жмет, не недостает, все на месте? Я рад за вас. Может быть, вы так же сможете обойтись и без сотрудничества других математиков, которые, возможно, последуют в той или иной форме моему примеру. Может быть, другие математики или нематематики выразят свое к вам отношение иными способами; как бы там ни было. Нет, все-таки как-то неудобно? Тогда поищите способ жить так, чтобы было удобно и мне. Я надеюсь, вы помните, что я не давал вам советов присылать мне отказы в публикации моих работ.
Как известно, нормальная организация производства и торговли подразумевает, что все стороны находятся под угрозой естественных последствий своего непродуктивного поведения.
Работник должен знать, что его могут уволить. Работодатель должен знать, что работник может уйти. Владелец фабрики должен знать, что кто-нибудь может построить конкурирующее производство. Хозяин магазина должен знать, что покупатель может пойти в другой магазин. Покупатель должен знать, что магазин может закрыться.
Каждая из этих санкций сама по себе часто нежелательна для обеих сторон. Работодатель заинтересован в этом работнике, а работник -- в этом работодателе. Строительство конкурирующего производства создаст две убыточные фабрики на месте, где была одна прибыльная. И все же действие таких угроз необходимо для того, чтобы стороны удерживали свое поведение в разумных рамках.
На самом деле, такие угрозы действуют всегда, просто их легитимность может быть признаваема или отрицаема. Абсолютная гарантия от увольнения невозможна, но работник может признавать легитимность возможности своего увольнения -- и стремиться быть полезным для работодателя, или отрицать такую легитимность -- и вступать в профсоюзную борьбу против работодателя. Второй вариант, будучи проведенным последовательно, приводит со временем к деградации и банкротству целых отраслей. Работник все равно оказывается на улице, но только новой сколько-нибудь приличной работы ему уже не найти.
Особенно очевидна эта разница в политической плоскости. Политики могут признавать легитимность возможности своей замены -- получается демократия. Или они могут отрицать эту легитимность -- и получается "борьба с цветными революциями". От чего зависит выбор того или иного варианта?
Психологический механизм, стоящий за стремлением не допустить перемен, можно описать, заменив упоминание Всевышнего на Ваше Превосходительство в известном изречении из Достоевского. "Если президента нет, то какой же я после этого слесарь второго разряда?" "Если нет профсоюза, то какой же я работник министерства образования?" "Если нет Тимоти Гоуэрса, то какой же я после этого математик?" "Если нет журнала Инвенционес, то какой же я доцент университета Боковой Дакоты?"
Подвержены этому закомплексованные люди, которые чувствуют, что ничего из себя не представляют, и пытаются отождествить себя с чем-то масштабным если не по качеству, то хотя бы просто по размеру. По-настоящему квалифицированному работнику, осознающему свою ценность для работодателя, не нужен профсоюз. Настоящий математик со своими определениями и теоремами существует безотносительно существования иерархии престижных журналов.
Никакой истеблишмент не вечен (и слава Богу). Феномен психологической идентификации с истеблишментом развязывает ему руки для действий, разрушительных по отношению к ценностям, которые он номинально призван защищать. Это скорее приближает, чем отсрочивает его крах. С другой стороны, отказываясь идентифицироваться с истеблишментом, я одновременно отказываюсь представлять себя на их месте или давать им советы. Не берусь я и давать советы другим авторам или рецензентам. Мое право перестать ходить в магазин возле дома не ограничено обязанностью давать советы хозяевам или другим покупателям.
Цель моей политики отказа от рецензирования для журналов, оказывающихся меня публиковать, не состоит в том, чтобы ограничить пул потенциальных рецензентов для любого журнала авторами работ, в этом журнале опубликованных. Она состоит в том, чтобы установить для истеблишмента цену отказа от признания важных авторов. Идея не в том, чтобы закрылся конкретный журнал Дюк (знаменитый духом немотивированного произвола, с которым его редактор принимает решения об отвержении работ) -- хотя я не огорчусь, если он закроется. Идея в том, чтобы повесить над Дюком и его коллегами по цеху престижных журналов, равно как и над их редакторами и постоянными авторами, некую угрозу.
Вы можете обходиться без моих рецензий? Ничего не жмет, не недостает, все на месте? Я рад за вас. Может быть, вы так же сможете обойтись и без сотрудничества других математиков, которые, возможно, последуют в той или иной форме моему примеру. Может быть, другие математики или нематематики выразят свое к вам отношение иными способами; как бы там ни было. Нет, все-таки как-то неудобно? Тогда поищите способ жить так, чтобы было удобно и мне. Я надеюсь, вы помните, что я не давал вам советов присылать мне отказы в публикации моих работ.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2015-08-08 01:53 pm (UTC)1) это было связано с рецензиями, а не с произволом редакторов
2) главное: это происходило быстро!:)
no subject
Date: 2015-08-08 02:22 pm (UTC)Второй отказ из Дюка был без всяких комментариев -- http://posic.livejournal.com/699733.html . Вот я и подумал -- зачем мне нужен журнал, который, пусть даже и быстро, но присылает мне отказы в такой форме? Низачем. Может смело закрываться, я считаю.
no subject
Date: 2015-08-08 09:57 pm (UTC)no subject
Date: 2015-08-09 07:26 am (UTC)no subject
Date: 2015-08-09 07:39 am (UTC)no subject
Date: 2015-08-09 08:13 am (UTC)no subject
Date: 2022-08-07 09:29 pm (UTC)