Июль 1998 -- 14
Mar. 27th, 2012 12:48 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
posicЯ, конечно, не имел ни малейшего понятия ни о традициях судопроизводства по делам о коммитменте, ни тем более о законах Массачусетса на эту тему. Однако, у меня было некое самое общее представление о том, как устроена жизнь в англосаксонских странах, почерпнутое из художественных произведений, а также любительского интереса к американской юриспруденции (я прочитал некоторое количество решений Верховного Суда США как раз зимой-весной 98 года, без всякой определенной цели).
В частности, у меня было, правильное или нет, но твердое понимание, что некоторые вещи делать нельзя, потому что это табу. Например, говорить в психбольнице о намерении совершить самоубийство было бы, в самом деле, самоубийством. Задача состояла в том, чтобы выйти в последнюю крайность, в которую только можно выйти, не пересекая этой черты.
Поэтому, ближе к дате судебного слушания, говорилось и писалось такое: если вы вздумаете меня принудительно лечить, то по выходе моем из вашего заведения, вы получите мое мертвое тело. После чего у вас будет, мягко говоря, куча неприятностей. Что это значит? Ну, скажем, будет какое-нибудь место, откуда можно упасть, типа открытого окна на высоте, и мое мертвое тело под этим окном.
Решительное испытание наступило последним вечером перед заседанием суда, когда мой адвокат сама спросила меня наедине, что, собственно, я имею в виду. Как вы это себе представляете, что произойдет? Ну, выпаду я из этого окна. Каким образом -- там будет кто-то еще в этот момент? Нет, там буду только я и мой Бог.
... Тем временем, совершались и другие приготовления. Мой брат по моей просьбе принес мне (нарушая режим охраны, но я не знал об этом), ножницы и электробритву, и я побрился, первый и единственный раз в жизни, не считая месяца армейских сборов.
Со своей стороны, Сеня считал, что неправ ни я в своих мнениях, ни мои оппоненты в своем желании лечить меня силой. Не желая присутствовать при борьбе двух неправых сторон, он улетел из США обратно в Москву за пару дней до заседания суда.
... Мне повезло еще в одном отношении: именно в эти недели в Бостоне оказался мой учитель Аркаша В. Госпиталь представлял своим пациентом бесплатную связь, в том числе и междугородную, и я провел немало времени, беседуя по телефону с разными знакомыми, и в частности с ним. Никто из моих собеседников не одобрял моей позиции, это само собой разумеется, но тем не менее это было очень полезно.
В частности, у меня было, правильное или нет, но твердое понимание, что некоторые вещи делать нельзя, потому что это табу. Например, говорить в психбольнице о намерении совершить самоубийство было бы, в самом деле, самоубийством. Задача состояла в том, чтобы выйти в последнюю крайность, в которую только можно выйти, не пересекая этой черты.
Поэтому, ближе к дате судебного слушания, говорилось и писалось такое: если вы вздумаете меня принудительно лечить, то по выходе моем из вашего заведения, вы получите мое мертвое тело. После чего у вас будет, мягко говоря, куча неприятностей. Что это значит? Ну, скажем, будет какое-нибудь место, откуда можно упасть, типа открытого окна на высоте, и мое мертвое тело под этим окном.
Решительное испытание наступило последним вечером перед заседанием суда, когда мой адвокат сама спросила меня наедине, что, собственно, я имею в виду. Как вы это себе представляете, что произойдет? Ну, выпаду я из этого окна. Каким образом -- там будет кто-то еще в этот момент? Нет, там буду только я и мой Бог.
... Тем временем, совершались и другие приготовления. Мой брат по моей просьбе принес мне (нарушая режим охраны, но я не знал об этом), ножницы и электробритву, и я побрился, первый и единственный раз в жизни, не считая месяца армейских сборов.
Со своей стороны, Сеня считал, что неправ ни я в своих мнениях, ни мои оппоненты в своем желании лечить меня силой. Не желая присутствовать при борьбе двух неправых сторон, он улетел из США обратно в Москву за пару дней до заседания суда.
... Мне повезло еще в одном отношении: именно в эти недели в Бостоне оказался мой учитель Аркаша В. Госпиталь представлял своим пациентом бесплатную связь, в том числе и междугородную, и я провел немало времени, беседуя по телефону с разными знакомыми, и в частности с ним. Никто из моих собеседников не одобрял моей позиции, это само собой разумеется, но тем не менее это было очень полезно.
