![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
posicЯ долго колебался между двумя вариантами поведения:
1. заявить об отказе давать показания по 282-й статье как противоречащей принципам свободы слова и в знак протеста против практики грубо избирательного применения закона, или
2. последовать советам старого диссидента Альбрехта, разработавшего когда-то методику эшелонированной обороны против незаконных методов ведения следствия. Альбрехт категорически не одобряет отказ от дачи показаний по мотивам общего характера.
В итоге я продумал позицию, которая позволяла в любом случае избежать дачи показаний, полезных для следствия по 282-й статье. Убедившись, что по крайней мере сам я дыр в своей позиции не вижу, я приготовился отвечать на вопросы "по системе ПЛОД".
Диссидентская методика не только себя оправдала, но и продемонстрировала огромный запас прочности; я очень рад, что решился её использовать. Рассматривая ситуацию в свете сегодняшних событий -- нелепо было бы, в самом деле, диктовать политические заявления мелким шулерам, специализирующимся на агрессивно-хамском ведении допроса и манипуляциях с документами.
Колобова Снежанна Николаевна -- молоденькая девушка, лет 25 на вид. Симпатичная, умеет мило стесняться, нормальная девушка. Сидит в комнате под вывеской "старший помощник прокурора". Следовало, наверно, попросить её представиться и назвать звание-должность, но я этого не сделал.
Я пришёл минут через 10 после назначенного срока (10.30 утра). "Берите стул и садитесь." Она сидит за сталом, два стула стоят у окна. Я сажусь на один из стульев. "Вам что, трудно стул подвинуть?" -- "Мне не трудно, я просто не понял, что Вы имели в виду." Я пододвигаю стул и сажусь к столу -- ноги девать некуда, но всё же за столом удобнее.
Она немедленно начинает звонить кому-то по телефону. "Это прокуратура СВАО" и т.д. Потом впечатывает данные из моего паспорта в компъютер. "Телефон у Вас есть?" Диктую номер. "Образование?" -- "Высшее." "Семейное положение?" -- "Женат." "Дети есть?" -- "Есть."
"Ну говорите -- сколько, мальчик или девочка, сколько лет. Почему я должна из Вас вытягивать?" -- "Вот Вы уже меня упрекаете. Это у Вас допросы каждый день, а у меня нет такого опыта. Я не знаю, что надо говорить."
Передо мной появляется лист бумаги. Сверху написано: начало допроса -- 10.30, окончание допроса -- 11.05. Ниже идут мои анкетные данные. "Но мы же ещё не знаем, когда закончится допрос. Мы знаем только, когда он начался." Следовательша молчит. Я пишу: "Сейчас 10 часов 50 минут" и подписываюсь.
В этот момент она начинает на меня кричать. "Что Вы мне здесь написали" и т.д. "Потом в конце Вы сможете сделать свои замечания, а сейчас подписывайте, где я говорю. Я знаю, как надо составлять протокол!" Потом берет бумагу в руки, складывает и рвёт у меня перед глазами -- пополам, ещё раз пополам и на мелкие кусочки. Распечатывает ещё раз, кладёт передо мной, потом снова рвёт. Третья копия ложится передо мной, с некоторыми изменениями. Теперь указано время начала допроса -- 10.50, время окончания -- оставлено пустое место.
"Но я же не знаю, какое время Вы потом впишете, я не могу подписываться под пустым местом." -- "Я напишу, когда допрос закончится. Здесь Вы подписываете только Ваши анкетные данные. В конце Вы сможете написать Ваши замечания." Я отказываюсь, и бумага куда-то исчезает. Передо мной появляется другой лист, где перечислены мои права по статье 56 УК и нужно расписаться об ответственности за отказ от показаний и ложные показания.
Я подписываюсь и отдаю ей лист, хотя пожалуй что и зря. Лучше было сразу же написать, что допрос начался в ненормальной обстановке, следователь разговаривает со мной в повышенных тонах и рвёт бумаги. "Какое дело Вы расследуете?" -- "Какие я расследую дела, Вас не должно интересовать." -- "Меня интересует, по какому делу Вы меня допрашиваете."
Тут выясняется, что на этот вопрос она отвечать не желает. "Я не обязана Вам это говорить. Ваши права перечислены в статье 56-й УК, я дала Вам с ними ознакомиться." Я молча вынимаю из рюкзака книжку "УПК РФ", купленную вчера. Листаю оглавление (я примерно помнил, какие статьи мне нужны -- 79-я, раздел "допрос" и др.) "Я пять лет училась! Я лучше Вас знаю. У меня сам прокурор здесь в углу стоял! Смотрел, сказал, всё правильно. Вам надо было заранее закладки положить, если так. У Вас что, есть юридическое образование?" -- "Нет." Лазить в УПК было совершенно незачем -- сразу после слов "об ответственности предупрежден" в форме протокола допроса написано -- "По существу уголовного дела могу показать следующее:".
Она спрашивает: "Проживаете ли Вы по месту регистрации?" -- "Запишите Ваш вопрос в протокол, и я на него отвечу." -- "Я сама решаю, как мне вести протокол. Потом Вы напишете Ваши замечания." Я продолжаю листать УПК помаленьку. "Запишите Ваш вопрос в протокол." -- "Отвечайте на вопрос."
"На вопросы, не записанные в протокол, я отвечать не буду." Ещё пара пустых фраз, и она находит выход: "Вы отказались давать показания. Сейчас я попрошу Вас очистить помещение."
Под моей подписью об ответственности за лжесвидетельство появляются какие-то её записи. Я предлагаю ей дать мне возможность прокомментировать мою версию случившегося в протоколе. Она отказывается.
Дойдя до метро "Новослободская", я посмотрел на часы -- было 11.15.
Ещё запомнились две фразы: "Бедная Россия!" (брошено по ходу ругани о протоколе, прокуроре и знании законов) и "Ходите на митинги дальше" (это в самом конце).
1. заявить об отказе давать показания по 282-й статье как противоречащей принципам свободы слова и в знак протеста против практики грубо избирательного применения закона, или
2. последовать советам старого диссидента Альбрехта, разработавшего когда-то методику эшелонированной обороны против незаконных методов ведения следствия. Альбрехт категорически не одобряет отказ от дачи показаний по мотивам общего характера.
В итоге я продумал позицию, которая позволяла в любом случае избежать дачи показаний, полезных для следствия по 282-й статье. Убедившись, что по крайней мере сам я дыр в своей позиции не вижу, я приготовился отвечать на вопросы "по системе ПЛОД".
Диссидентская методика не только себя оправдала, но и продемонстрировала огромный запас прочности; я очень рад, что решился её использовать. Рассматривая ситуацию в свете сегодняшних событий -- нелепо было бы, в самом деле, диктовать политические заявления мелким шулерам, специализирующимся на агрессивно-хамском ведении допроса и манипуляциях с документами.
Колобова Снежанна Николаевна -- молоденькая девушка, лет 25 на вид. Симпатичная, умеет мило стесняться, нормальная девушка. Сидит в комнате под вывеской "старший помощник прокурора". Следовало, наверно, попросить её представиться и назвать звание-должность, но я этого не сделал.
Я пришёл минут через 10 после назначенного срока (10.30 утра). "Берите стул и садитесь." Она сидит за сталом, два стула стоят у окна. Я сажусь на один из стульев. "Вам что, трудно стул подвинуть?" -- "Мне не трудно, я просто не понял, что Вы имели в виду." Я пододвигаю стул и сажусь к столу -- ноги девать некуда, но всё же за столом удобнее.
Она немедленно начинает звонить кому-то по телефону. "Это прокуратура СВАО" и т.д. Потом впечатывает данные из моего паспорта в компъютер. "Телефон у Вас есть?" Диктую номер. "Образование?" -- "Высшее." "Семейное положение?" -- "Женат." "Дети есть?" -- "Есть."
"Ну говорите -- сколько, мальчик или девочка, сколько лет. Почему я должна из Вас вытягивать?" -- "Вот Вы уже меня упрекаете. Это у Вас допросы каждый день, а у меня нет такого опыта. Я не знаю, что надо говорить."
Передо мной появляется лист бумаги. Сверху написано: начало допроса -- 10.30, окончание допроса -- 11.05. Ниже идут мои анкетные данные. "Но мы же ещё не знаем, когда закончится допрос. Мы знаем только, когда он начался." Следовательша молчит. Я пишу: "Сейчас 10 часов 50 минут" и подписываюсь.
В этот момент она начинает на меня кричать. "Что Вы мне здесь написали" и т.д. "Потом в конце Вы сможете сделать свои замечания, а сейчас подписывайте, где я говорю. Я знаю, как надо составлять протокол!" Потом берет бумагу в руки, складывает и рвёт у меня перед глазами -- пополам, ещё раз пополам и на мелкие кусочки. Распечатывает ещё раз, кладёт передо мной, потом снова рвёт. Третья копия ложится передо мной, с некоторыми изменениями. Теперь указано время начала допроса -- 10.50, время окончания -- оставлено пустое место.
"Но я же не знаю, какое время Вы потом впишете, я не могу подписываться под пустым местом." -- "Я напишу, когда допрос закончится. Здесь Вы подписываете только Ваши анкетные данные. В конце Вы сможете написать Ваши замечания." Я отказываюсь, и бумага куда-то исчезает. Передо мной появляется другой лист, где перечислены мои права по статье 56 УК и нужно расписаться об ответственности за отказ от показаний и ложные показания.
Я подписываюсь и отдаю ей лист, хотя пожалуй что и зря. Лучше было сразу же написать, что допрос начался в ненормальной обстановке, следователь разговаривает со мной в повышенных тонах и рвёт бумаги. "Какое дело Вы расследуете?" -- "Какие я расследую дела, Вас не должно интересовать." -- "Меня интересует, по какому делу Вы меня допрашиваете."
Тут выясняется, что на этот вопрос она отвечать не желает. "Я не обязана Вам это говорить. Ваши права перечислены в статье 56-й УК, я дала Вам с ними ознакомиться." Я молча вынимаю из рюкзака книжку "УПК РФ", купленную вчера. Листаю оглавление (я примерно помнил, какие статьи мне нужны -- 79-я, раздел "допрос" и др.) "Я пять лет училась! Я лучше Вас знаю. У меня сам прокурор здесь в углу стоял! Смотрел, сказал, всё правильно. Вам надо было заранее закладки положить, если так. У Вас что, есть юридическое образование?" -- "Нет." Лазить в УПК было совершенно незачем -- сразу после слов "об ответственности предупрежден" в форме протокола допроса написано -- "По существу уголовного дела могу показать следующее:".
Она спрашивает: "Проживаете ли Вы по месту регистрации?" -- "Запишите Ваш вопрос в протокол, и я на него отвечу." -- "Я сама решаю, как мне вести протокол. Потом Вы напишете Ваши замечания." Я продолжаю листать УПК помаленьку. "Запишите Ваш вопрос в протокол." -- "Отвечайте на вопрос."
"На вопросы, не записанные в протокол, я отвечать не буду." Ещё пара пустых фраз, и она находит выход: "Вы отказались давать показания. Сейчас я попрошу Вас очистить помещение."
Под моей подписью об ответственности за лжесвидетельство появляются какие-то её записи. Я предлагаю ей дать мне возможность прокомментировать мою версию случившегося в протоколе. Она отказывается.
Дойдя до метро "Новослободская", я посмотрел на часы -- было 11.15.
Ещё запомнились две фразы: "Бедная Россия!" (брошено по ходу ругани о протоколе, прокуроре и знании законов) и "Ходите на митинги дальше" (это в самом конце).
Привет Леня!
Date: 2004-04-01 07:03 am (UTC)Это Паша Кантор тебе пишет. Тут я за это время стал адвокатом, в связи с чем пара замечаний.
1) Молодец, хорошо ведешь себя, по-диссидентски.
2) Должность, звание и т.п. энтой следовательницы должны быть в протоколе в самом начале.
3) В следующий раз советую пойти.
4) Неправильно то, что ты в результате не оставил никакого протокола допроса, чем дал возможность ей интерпретировать происшедшее по ее вкусу. Правильно было бы подписать протокол допроса, указав в конце (где замечания), что допрос прерван не в связи с твоим отказом от дачи показаний, а в связи с твоим отказом отвечать на вопросы, не записанные в протокол и не относящиеся к делу.
5) Вообще-то протокол вполне может быть изготовлен и в конце допроса, поэтому вполне можно отвечать на вопросы (помечая себе вопросы и ответы на бумажке), а в конце - проверить их наличие в протоколе и отреагировать в замечаниях на протокол.
6) На конкретный вопрос, который тебе задавали, предлагаю ответить примерно так. "Отказываюсь отвечать на указанный вопрос, так как он не может иметь отношения ни к какому делу, в связи с которым меня вызывают на допрос. Кроме того, он задан, как я полагаю, исключительно с целью изобличить меня в совершении административного правонарушения, что с одной стороны демонстрирует заведомо и заранее обвинительно-предвзятый в отношении меня характер следствия, а с другой - дает мне право отказаться отвечать, со ссылкой на 51 статью Конституции".
7) Не исключено, что прокурорица лишь отбивает повинность (типа опросить всех формально и прекратить дело), поэтому она и решила тебя выгнать (типа "на хрена мне тут этот грузила, и без него обойдусь"). В этом случае другого вызова может и не быть.
С приветом.
Паша.
kan tor @ lgp. ru (без пробелов)
no subject
Date: 2004-04-01 03:30 pm (UTC)2) Это я уже понял. А вот скажи, в бланке протокола допроса, там где анкета, предусмотрено место для подписи свидетеля после первых 10 пунктов, а потом снова после 11-го и 12-го (паспорт; иные данные о личности свидетеля). Зачем это сделано?
6) А вот в бланке протокола, в том же месте, 4-й пункт анкеты называется "Место жительства и (или) регистрации". Как это понимать?
4) Так что я мог сделать? Она просто забрала себе бумажку и отказалась дать мне возможность что-либо написать на ней. Обосновала она это тем, что поскольку я "отказался давать показания", возможность сделать замечания мне не положена. Что об этом думает закон?
5) Зачем же мне предоставлять ей возможность составлять протоколы, содержащие в выборочном или искаженном виде мои ответы "по существу дела" (пусть даже и без моей подписи)? Нет, так я не играю.
7) Вполне вероятно.
8) Ты не знаешь, что всё-таки говорит закон по поводу допроса, на котором следователь отказывается что-либо рассказать свидетелю о расследуемом деле?
Ответы
Date: 2004-04-02 04:40 pm (UTC)2) Зачем это сделано я понятия не имею. Количество ошибок и глупостей в УПК учету не поддается. Полагаю, что неизвестный верстальщик исходил из того, что раздел "иные сведения" окажется слишком большой и перейдет на вторую страницу, а свидетель должен расписаться на каждой странице, чтобы следователь не мог подложить одну вместо другой.
6) Это надо понимать так, что у законопослушного гражданина они совпадают, однако может получиться так, что место жительства есть, а регистрации нет (например - человек живет в США). Поэтому может получиться так, что мж есть, а мр - нет. Или наоборот - мр есть, а дом взорвался, поэтому мж нет. В принципе, в твоем случае мне кажется правильным указывать место регистрации и реальный телефон для связи.
4) Закон на это смотрит однозначно. Если тебе был задан хотя бы один вопрос, то в силу ч.2 ст. 190 вопрос должен был быть отражен в протоколе, как и твой ответ или отказ отвечать. А раз протокол составлен - то у тебя есть право внести в него замечания.
5) Ну почему? Она искаженно твой ответ запишет, а ты в замечании укажешь "мой ответ на такой-то вопрос записан неправильно, в действительности я сказал, что..." Мне например на допросе следователь разрешал самому формулировать ответ на вопрос как я хочу, а в конце допроса я сел за компьютер и поправил свои ответы, после чего протокол и распечатали.
8) К сожалению, следователь действительно не обязан что-либо рассказывать свидетелю о деле (кроме его номера, который есть в протоколе.
Re: Ответы
Date: 2004-04-03 05:59 am (UTC)4) Да, верно. Спасибо.
5) Представим себе крайнюю ситуацию: следователь задал 50 вопросов, я на них ответил, следователь составил протокол, в который внёс только 10 вопросов и ответов. Чтобы восстановить в протоколе реальную картину событий, я должен вписать все остальные 40 вопросов и ответов в "замечания". Для этого я должен всё время допроса вести параллельный "протокол" в своих записях. Сам процесс написания "замечаний" займёт немало времени; следователь может заявить, что у него дела, другой допрос и т.п. По ст.167 ч.2 я могу отказаться подписывать протокол и мне должны дасть возможность занести в протокол объяснение причин отказа. Но фактически, как я убедился, меня могут просто послать. Что предлагается с этим делать?
8) А как же слова "По существу уголовного дела могу показать следующее", с которых начинается раздел показаний в протоколе?
Re: Ответы
Date: 2004-04-15 08:06 pm (UTC)Re: Ответы
Date: 2004-04-15 09:40 pm (UTC)Re: Ответы
Date: 2004-04-15 09:46 pm (UTC)Re: Ответы
Date: 2004-04-15 10:18 pm (UTC)Если допрашиваемый хочет вписать такую фразу в начале раздела показаний, то удобнее всего это сделать одновременно с подписанием уведомления об ответственности за отказ от дачи показаний и дачу ложных показаний. Для этого полезно не забыть задать вопрос о существе дела прежде, чем подписываться об ответственности.