Июль 1998 -- 4
Mar. 26th, 2012 11:50 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
posicВ участке меня посадили в камеру типа бетонного мешка. Делать там было особо нечего, сидеть на лавке (или что там было) некомфортно, и в какой-то момент я даже начал стучать в дверь, типа давайте уже там, чего вы, собственно, от меня хотите. В открывшуюся дверь заглянул краснорожий охранник с таким свирепым видом, что я оставил мысль чего-либо от него добиваться.
Но дверь открылась снова, и в нее зашли несколько человек, включая краснорожего охранника, а также интеллигентного вида молодого человека в костюме, заявившего "I am an attorney". Как выяснилось впоследствии, это был prosecuting attorney, т.е., местный прокурор.
Обрадовавшись гостю, я поделился с ним последними соображениями, сводившимися к тому, что злые люди поверхностны и не проникают в суть вещей, в связи с чем и проигрывают, если правильно сопротивляться, что как раз и произошло. Юрист повторил мои слова "злые люди поверхностны" с видом человека, не верящего своим ушам, и удалился, пораженный.
Вскоре меня отвели к еще одному полицейскому, заполнившему какую-то бумажку, которую я подписал, после его окрика, не читая, и вывели обратно на улицу, где посадили в машину к четвертому полицейскому и повезли в заведение, оказавшееся психиатрической больницей.
... Через несколько недель, уже освободившись из всех больниц, я съездил снова из Бостона в Манчестер, где вызвал такси, чтобы меня отвезли в этот самый участок, Hooksett police department. Целью было забрать летнюю куртку (14 лет спустя, я до сих пор ее иногда одеваю), снятую с меня при аресте и помещенную на склад.
Заодно я поговорил с другим местным прокурором, теткой средних лет. Я сказал ей, что пропустил дату назначенного слушания по обвинению меня в "disorderly conduct/resisting arrest" (что бы это ни значило), поскольку был в этот момент заперт в психушке под замком.
Она в ответ пояснила, что я могу не беспокоиться по этому поводу, поскольку они отказались от своего обвинения, the charges were dropped. По ее словам, они пришли к выводу, что у них нет уверенности, что я совершил какое-либо преступление, it is not clear that a crime was committed.
Но дверь открылась снова, и в нее зашли несколько человек, включая краснорожего охранника, а также интеллигентного вида молодого человека в костюме, заявившего "I am an attorney". Как выяснилось впоследствии, это был prosecuting attorney, т.е., местный прокурор.
Обрадовавшись гостю, я поделился с ним последними соображениями, сводившимися к тому, что злые люди поверхностны и не проникают в суть вещей, в связи с чем и проигрывают, если правильно сопротивляться, что как раз и произошло. Юрист повторил мои слова "злые люди поверхностны" с видом человека, не верящего своим ушам, и удалился, пораженный.
Вскоре меня отвели к еще одному полицейскому, заполнившему какую-то бумажку, которую я подписал, после его окрика, не читая, и вывели обратно на улицу, где посадили в машину к четвертому полицейскому и повезли в заведение, оказавшееся психиатрической больницей.
... Через несколько недель, уже освободившись из всех больниц, я съездил снова из Бостона в Манчестер, где вызвал такси, чтобы меня отвезли в этот самый участок, Hooksett police department. Целью было забрать летнюю куртку (14 лет спустя, я до сих пор ее иногда одеваю), снятую с меня при аресте и помещенную на склад.
Заодно я поговорил с другим местным прокурором, теткой средних лет. Я сказал ей, что пропустил дату назначенного слушания по обвинению меня в "disorderly conduct/resisting arrest" (что бы это ни значило), поскольку был в этот момент заперт в психушке под замком.
Она в ответ пояснила, что я могу не беспокоиться по этому поводу, поскольку они отказались от своего обвинения, the charges were dropped. По ее словам, они пришли к выводу, что у них нет уверенности, что я совершил какое-либо преступление, it is not clear that a crime was committed.
