К предыдущему
Mar. 10th, 2023 09:34 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
posicЛюди удивляются происходящему со мной потому, что не ощущают ни природы проблем, с которыми я столкнулся в жизни, ни природы решения, которое было в итоге (по состоянию на сегодняшний день) достигнуто. История же эта о том, что я стремился к творческой самореализации, невзирая ни на что -- и проломился через препятствия.
1. В период, на который otherwise могла бы прийтись крутая траектория взлета моей "академической карьеры", я потратил 10-15 лет (с примерно 1993 или, как минимум, осени 1995 года до осени 2006, а можно сказать, что и лета 2007 года) на то, чтобы научиться писать математические тексты такого объема и сложности, который требовался, чтобы изложить мои идеи и результаты.
В результате у меня столько же публикаций за восемь лет до Ph.D. (1991-98), сколько и за восемь лет после Ph.D. (98-2006). По четыре штуки. А девятая датирована 2010 годом. За девять календарных лет с 1996 по 2004 -- одна рецензированная публикация (статья с двумя соавторами, в которой я написал примерно одну страницу). По любым общепринятым карьерным меркам для математиков -- все это очень нестандартно и очень мало.
Мой вклад в наиболее популярную (по состоянию на сегодняшний день, с большим отрывом) из моих работ был в основном закончен летом 1996 года, а вышла из печати эта книжка только осенью 2005. Вторая по популярности (по состоянию на сегодняшний день, тоже с большим отрывом) моя работа была в основном придумана весной 1999 года, а препринт появился только весной 2009.
2. Когда я, наконец, смог написать самое важное из того, что хотел -- оказалось, что признанием все это пользуется крайне ограниченным и для практических целей недостаточным. Мои работы отвергались по кругу, в 2011-14 годах я получил восемь отказов подряд (!) из рецензируемых научных изданий.
3. Тем не менее, я настаивал на том, чтобы заниматься тем, чем я сам считаю для себя важным заниматься в математике, а не тем, чего хочет "математическое сообщество". Ответом на отказы из редакций стала объявленная в феврале 2012 года политика рецензионного бойкота, призванная продемонстрировать непримиримость моей позиции и моих требований.
4. В марте 2014, в дни аннексии Крыма, я принял очень удачное решение приземлиться в Чехии, из всех стран мира. По необходимости вернувшись в начале мая в Москву, я через десять дней вылетел в Израиль, что тоже оказалось очень удачным. С осени 2015 года постепенно обнаружилось, что сотрудничество с чешскими математиками позволяет мне в новых обстоятельствах продолжать заниматься моими традиционными тематиками 1992-99-2007-12-и т.д. годов, хотя и отчасти в несколько новом ключе. Некоторые важные для меня задачи, поставленные в Москве, были решены в совместных работах, сделанных в Брно и Праге.
5. В сентябре 2018 я переехал работать в Прагу, летом 2020 мне предложили там нормальное жилье и повысили в должности/зарплате, к лету 2022 закончилась ковидная паника. В возрасте 49 лет материально-бытовые условия моей жизни нормализовались.
Список публикаций мой очень сильно удлинился за 2017-23 годы, и хотя по-настоящему престижных изданий "верхнего уровня" в нем нет, но он обеспечивает мне некоторое ограниченное признание. Собственно говоря, именно то признание, которое мне было наиболее остро, немедленно необходимо -- признание другими математиками моего права заниматься теми вопросами в математике, которыми я считаю нужным заниматься.
Да, я готов был умереть скорее, чем капитулировать в этой борьбе. Да, я был, как обычно, пессимистичен, и думал-говорил-писал о том, что, наверно, скоро умру. Но вот, я дожил до 50 и в немалой степени добился своего. Наиболее очевидные угрожавшие опасности отступили пока что, и я могу развивать свое наступление.
1. В период, на который otherwise могла бы прийтись крутая траектория взлета моей "академической карьеры", я потратил 10-15 лет (с примерно 1993 или, как минимум, осени 1995 года до осени 2006, а можно сказать, что и лета 2007 года) на то, чтобы научиться писать математические тексты такого объема и сложности, который требовался, чтобы изложить мои идеи и результаты.
В результате у меня столько же публикаций за восемь лет до Ph.D. (1991-98), сколько и за восемь лет после Ph.D. (98-2006). По четыре штуки. А девятая датирована 2010 годом. За девять календарных лет с 1996 по 2004 -- одна рецензированная публикация (статья с двумя соавторами, в которой я написал примерно одну страницу). По любым общепринятым карьерным меркам для математиков -- все это очень нестандартно и очень мало.
Мой вклад в наиболее популярную (по состоянию на сегодняшний день, с большим отрывом) из моих работ был в основном закончен летом 1996 года, а вышла из печати эта книжка только осенью 2005. Вторая по популярности (по состоянию на сегодняшний день, тоже с большим отрывом) моя работа была в основном придумана весной 1999 года, а препринт появился только весной 2009.
2. Когда я, наконец, смог написать самое важное из того, что хотел -- оказалось, что признанием все это пользуется крайне ограниченным и для практических целей недостаточным. Мои работы отвергались по кругу, в 2011-14 годах я получил восемь отказов подряд (!) из рецензируемых научных изданий.
3. Тем не менее, я настаивал на том, чтобы заниматься тем, чем я сам считаю для себя важным заниматься в математике, а не тем, чего хочет "математическое сообщество". Ответом на отказы из редакций стала объявленная в феврале 2012 года политика рецензионного бойкота, призванная продемонстрировать непримиримость моей позиции и моих требований.
4. В марте 2014, в дни аннексии Крыма, я принял очень удачное решение приземлиться в Чехии, из всех стран мира. По необходимости вернувшись в начале мая в Москву, я через десять дней вылетел в Израиль, что тоже оказалось очень удачным. С осени 2015 года постепенно обнаружилось, что сотрудничество с чешскими математиками позволяет мне в новых обстоятельствах продолжать заниматься моими традиционными тематиками 1992-99-2007-12-и т.д. годов, хотя и отчасти в несколько новом ключе. Некоторые важные для меня задачи, поставленные в Москве, были решены в совместных работах, сделанных в Брно и Праге.
5. В сентябре 2018 я переехал работать в Прагу, летом 2020 мне предложили там нормальное жилье и повысили в должности/зарплате, к лету 2022 закончилась ковидная паника. В возрасте 49 лет материально-бытовые условия моей жизни нормализовались.
Список публикаций мой очень сильно удлинился за 2017-23 годы, и хотя по-настоящему престижных изданий "верхнего уровня" в нем нет, но он обеспечивает мне некоторое ограниченное признание. Собственно говоря, именно то признание, которое мне было наиболее остро, немедленно необходимо -- признание другими математиками моего права заниматься теми вопросами в математике, которыми я считаю нужным заниматься.
Да, я готов был умереть скорее, чем капитулировать в этой борьбе. Да, я был, как обычно, пессимистичен, и думал-говорил-писал о том, что, наверно, скоро умру. Но вот, я дожил до 50 и в немалой степени добился своего. Наиболее очевидные угрожавшие опасности отступили пока что, и я могу развивать свое наступление.
no subject
Date: 2023-03-15 09:41 am (UTC)no subject
Date: 2023-03-15 09:42 am (UTC)Для математиков на постоянной преподавательской позиции, вопрос стоит в форме, сколько нужно публиковаться, чтобы получать гранты. Тоже зависит от страны, конечно, от уровня журналов, возраста и т.д. Тоже мне кажется, по ощущениям, что меньше одной работы в год — мало. Три работы в год — это очень активно работающий математик.
Я публиковал по 0.5-1 статье в год в 1991-95 годах (студенческие и ранние аспирантские годы), потом был длинный период почти без публикаций, а снова начал регулярно публиковаться я в 2010 году. В 2010-12 годах было по две работы в год. В 2013 году не было ни одной публикации, принятых к печати работ тоже не было, стратьи отвергались по кругу, и это ощущалось, как трудная проблема, что с этим дальше будет. В 2014-16 годах я опубликовал четыре работы за три года, и это было маловато, но ОК. В 2017 году опубликовались 4 работы, начиная с 2018 года у меня выходили из печати не меньше 5 работ в год (в 2022 — 7 штук), и мне кажется, что это очень много и более чем достаточно для всех целей внешней оценки моей работы.