Я долго колебался между двумя вариантами поведения:
1. заявить об отказе давать показания по 282-й статье как противоречащей принципам свободы слова и в знак протеста против практики грубо избирательного применения закона, или
2. последовать советам старого диссидента Альбрехта, разработавшего когда-то методику эшелонированной обороны против незаконных методов ведения следствия. Альбрехт категорически не одобряет отказ от дачи показаний по мотивам общего характера.
В итоге я продумал позицию, которая позволяла в любом случае избежать дачи показаний, полезных для следствия по 282-й статье. Убедившись, что по крайней мере сам я дыр в своей позиции не вижу, я приготовился отвечать на вопросы "по системе ПЛОД". ( Вот, что из этого вышло. )
1. заявить об отказе давать показания по 282-й статье как противоречащей принципам свободы слова и в знак протеста против практики грубо избирательного применения закона, или
2. последовать советам старого диссидента Альбрехта, разработавшего когда-то методику эшелонированной обороны против незаконных методов ведения следствия. Альбрехт категорически не одобряет отказ от дачи показаний по мотивам общего характера.
В итоге я продумал позицию, которая позволяла в любом случае избежать дачи показаний, полезных для следствия по 282-й статье. Убедившись, что по крайней мере сам я дыр в своей позиции не вижу, я приготовился отвечать на вопросы "по системе ПЛОД". ( Вот, что из этого вышло. )