Корректуры
Mar. 1st, 2019 08:29 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
posic(Бывший подзамочный постинг-комментарий к предыдущему, до сих пор подзамочному, постингу, где рассказывается, что мне прислали корректуру книги, выходящей из печати в Memoires de la Societe mathematique de France. Книга -- архивный препринт 2012 года про слабо искривленные алгебры; сложный, местами занудный текст с тяжелыми грамматическими конструкциями, сложной системой обозначений и т.д. Я прочел корректуру и обнаружил, что нужно внести порядка двухсот или трехсот исправлений -- в основном опечаток, плюс нескольких мелких ошибок.)
***
Тут, почему так получается? Я ведь делаю то, чего не делает больше никто. Двадцать лет уже это происходит, практически (с конца марта 1999 года). То есть проверять за мной -- некому. Моя собственная интуиция нарабатывается по ходу дела, изначально-то ей неоткуда было взяться.
И это математика, то есть логические цепочки очень длинные. Каждая новая существенная идея становится технологией, которую я использую везде, где только можно. Так эта деятельность развивалась долгие годы почти в полной изоляции, новые идеи и конструкции надстраивались поверх старых.
Связи на техническом уровне с тем, чем занимаются другие люди, только начинают появляться где-то сейчас, после 2015 года. Сила этих связей до сих пор не такова, чтобы можно было надеяться, что кто-то заметит существенные ошибки в моих построениях, если они там есть или появятся.
Другое дело, что после 2015 года появилась более-менее реалистическая возможность противоречий между моими результатами и результатами других людей. Если (условно говоря) математика в целом противоречива, или (реально говоря) кто-то из нас ошибся -- можно себе представить, что кто-то приведет контрпример к какому-нибудь следствию из моих результатов.
То есть, пусть не локальная (пошаговая), но некоторая глобальная проверка консистентности уже идет. Пока что мои построения ее выдерживают.
***
Определенные качества характера нужны, чтобы заниматься подобной деятельностью. Сочетание смелости с аккуратностью, видимо, готовностью вникать в подробности и перепроверять детали. Иначе ошибки размножатся и вся конструкция грохнется.
***
Вот, и корректуры я стараюсь вычитывать внимательно.
Один раз махнул рукой. Прочел в каких-то правилах, что издание публикует книжные рукописи as is, без исправления ошибок авторского текста на этапе корректуры, -- ну, и не нашел в себе сил вычитывать текст в поисках ошибок наборщика при невозможности исправить мои собственные ошибки.
Получилось довольно ужасно, потому что ошибки наборщика там-таки были. Работа эта стала популярной и широко цитируемой (не знаю уж, как сказываются на ее репутации все эти опечатки и мелкие ошибки, из которых некоторые я потом исправил в архивной версии). Но, в общем, я стараюсь больше так не делать.
***
Тут, почему так получается? Я ведь делаю то, чего не делает больше никто. Двадцать лет уже это происходит, практически (с конца марта 1999 года). То есть проверять за мной -- некому. Моя собственная интуиция нарабатывается по ходу дела, изначально-то ей неоткуда было взяться.
И это математика, то есть логические цепочки очень длинные. Каждая новая существенная идея становится технологией, которую я использую везде, где только можно. Так эта деятельность развивалась долгие годы почти в полной изоляции, новые идеи и конструкции надстраивались поверх старых.
Связи на техническом уровне с тем, чем занимаются другие люди, только начинают появляться где-то сейчас, после 2015 года. Сила этих связей до сих пор не такова, чтобы можно было надеяться, что кто-то заметит существенные ошибки в моих построениях, если они там есть или появятся.
Другое дело, что после 2015 года появилась более-менее реалистическая возможность противоречий между моими результатами и результатами других людей. Если (условно говоря) математика в целом противоречива, или (реально говоря) кто-то из нас ошибся -- можно себе представить, что кто-то приведет контрпример к какому-нибудь следствию из моих результатов.
То есть, пусть не локальная (пошаговая), но некоторая глобальная проверка консистентности уже идет. Пока что мои построения ее выдерживают.
***
Определенные качества характера нужны, чтобы заниматься подобной деятельностью. Сочетание смелости с аккуратностью, видимо, готовностью вникать в подробности и перепроверять детали. Иначе ошибки размножатся и вся конструкция грохнется.
***
Вот, и корректуры я стараюсь вычитывать внимательно.
Один раз махнул рукой. Прочел в каких-то правилах, что издание публикует книжные рукописи as is, без исправления ошибок авторского текста на этапе корректуры, -- ну, и не нашел в себе сил вычитывать текст в поисках ошибок наборщика при невозможности исправить мои собственные ошибки.
Получилось довольно ужасно, потому что ошибки наборщика там-таки были. Работа эта стала популярной и широко цитируемой (не знаю уж, как сказываются на ее репутации все эти опечатки и мелкие ошибки, из которых некоторые я потом исправил в архивной версии). Но, в общем, я стараюсь больше так не делать.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2019-03-01 07:54 pm (UTC)no subject
Date: 2019-03-01 09:11 pm (UTC)В старинные времена, помнится мне, издательства писали, что за обширные изменения, превышающие 10% текста, с автора возьмут плату деньгами, выставят счет. Из Memoires SMF, где сейчас готовится к печати моя книжка, в какой-то момент (на предыдущем этапе) пришел е-мейл с формулой -- пришлите нам пожалуйста, файл-исходник вашей работы, "математически идентичный" той версии, которую мы приняли к печати. Это на вид более строгое ограничение, но опечатки исправить можно.
Другое дело, что я сейчас в корректуре исправляю не только опечатки, но и три-четыре мелкие ошибки. На уровне текста, это исправления не масштабные -- вставить пару фраз с дополнительными условиями, пару фраз переписать и т.д. В целом математическое содержание работы от таких исправлений не меняется, но какие-то формулировки уточняются.
Что до того, выясняют ли корректоры происхождение ошибок, то я могу поделиться своим опытом. Во всех своих замечаниях к корректурам, обычно довольно длинных и развернутых, я -- по крайней мере, в последние годы -- про каждое отдельно взятое исправление пишу, кто виноват. С занудностью, заслуживающей, возможно, лучшего применения (или не заслуживающей). Но, в общем, так: исправьте здесь, пожалуйста, это ошибка в моем исходном файле. И это моя недоработка, исправьте. Спасибо. А вот эту ошибку внес ваш наборщик или корректор -- вы ее обязательно исправьте тоже.
С отказами исправлять за мной мои ошибки, мною таким образом найденные и указанные -- я до сих пор не сталкивался пока. Собственно, я не могу исключить даже и той возможности, что и издатели мемуара AMS исправили бы для меня все мои опечатки, если бы я их об этом вежливо попросил. Просто они сразу сказали мне, что этого не делают -- и я не решился просить о полномасштабном исключении из правил. Штуки три простых исправлений и дополнений, про которые я просто помнил или вспомнил в этот момент, не читая корректуры -- наборщик внес для меня, при этом; а о большем я не решился заикаться.