Июль 1998 -- 20
Mar. 28th, 2012 10:05 amТаким образом, к весне 1998 года было известно, прежде всего по опыту 96 года, что в некоторых состояниях тоски и подавленности я могу писать математические тексты достаточно приемлемого качества, которые не удается писать в более обычном настроении. Известно было и то, что в некоторых состояниях эйфории и возбуждения я могу писать нетехнические тексты, ничего подобного которым вообще нельзя было себе представить написанным мною в обычном состоянии и ровном настроении.
По поводу качества (или, лучше сказать, максимально достигавшегося качества) этих нетехнических текстов, писавшихся незадолго до или после моментов попадания в психушки, ничего определенного сказать я сейчас не могу. Но конечная цель могла быть не в том, чтобы писать качественные тексты на мистические темы, а просто в том, чтобы научиться писать длинные и сложно организованные математические тексты.
Конечно, невозможно годами продуктивно работать в состояниях необычной подавленности на грани нервного срыва или возбуждения на грани утраты рассудка. Но навыки и умения, и понимание того, как что делается, выработанные в таких состояниях, можно попытаться перенести потом в более-менее ровное настроение.
Как мы теперь знаем, эта цель была в итоге достигнута к 2010-11 годам. Мои работы, про которые по состоянию на конец 1995 или 1999-2001 годы можно было уверенно предполагать, что они никогда не будут написаны, поскольку написание их выходит далеко за пределы для меня возможного и достижимого, оказалось вполне возможно написать в 2007-10 годах.
Суммируя, получаем:
Талантливый математик, ценой значительного ущерба для своего здоровья и материального благополучия, с реальным риском для жизни, нисколько сам не осознавая действительной направленности своих действий, на протяжении ряда лет манипулирует окружающими с целью создания себе особых условий, в которых можно за десятилетие-полтора научиться писать математические статьи и монографии, длина и сложность организации которых соответствует необходимому для изложения на бумаге его математических идей.
По поводу качества (или, лучше сказать, максимально достигавшегося качества) этих нетехнических текстов, писавшихся незадолго до или после моментов попадания в психушки, ничего определенного сказать я сейчас не могу. Но конечная цель могла быть не в том, чтобы писать качественные тексты на мистические темы, а просто в том, чтобы научиться писать длинные и сложно организованные математические тексты.
Конечно, невозможно годами продуктивно работать в состояниях необычной подавленности на грани нервного срыва или возбуждения на грани утраты рассудка. Но навыки и умения, и понимание того, как что делается, выработанные в таких состояниях, можно попытаться перенести потом в более-менее ровное настроение.
Как мы теперь знаем, эта цель была в итоге достигнута к 2010-11 годам. Мои работы, про которые по состоянию на конец 1995 или 1999-2001 годы можно было уверенно предполагать, что они никогда не будут написаны, поскольку написание их выходит далеко за пределы для меня возможного и достижимого, оказалось вполне возможно написать в 2007-10 годах.
Суммируя, получаем:
Талантливый математик, ценой значительного ущерба для своего здоровья и материального благополучия, с реальным риском для жизни, нисколько сам не осознавая действительной направленности своих действий, на протяжении ряда лет манипулирует окружающими с целью создания себе особых условий, в которых можно за десятилетие-полтора научиться писать математические статьи и монографии, длина и сложность организации которых соответствует необходимому для изложения на бумаге его математических идей.