Современная научная реальность проста
Aug. 7th, 2025 05:25 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
posicМожно верить в математику, а можно доверять математикам. Это вещи настолько разные, что прямо несовместимые. Математики в массе своей не то что даже предали идеалы математики, а вообще никогда никаких намерений быть верными таким идеалам не имели и ничего об этом не говорили, а всю дорогу стремились извлекать жизненные блага из своих академических статусов и позиций. И извлекают; то есть, решают свои бытовые проблемы за счет налогоплательщиков и наивных частных пожертвователей, в чем завсегда готовы прямо признаться. Ни о каких идеалах, ни о каком стремлении к познанию и к истине, и т.д, не имея при этом ни малейшего понятия, и вовсе ими не интересуясь.
Можно верить в науку, а можно доверять ученым. Это вещи настолько разные, что прямо несовместимые. Ученые в массе своей не то что даже предали идеалы науки, а вообще никогда никаких намерений быть верными таким идеалам не имели и ничего об этом не говорили, а всю дорогу стремились извлекать жизненные блага из своих академических статусов и позиций. И извлекают; то есть, решают свои бытовые проблемы за счет налогоплательщиков и наивных частных пожертвователей, в чем завсегда готовы прямо признаться. Ни о каких идеалах, ни о каком стремлении к познанию и к истине, и т.д., не имея при этом ни малейшего понятия, и вовсе ими не интересуясь.
Реальный спор о мотивациях между математиками идет сегодня в следующей плоскости. Более романтически настроенные персонажи говорят о математике как источнике удовольствий, fun'а и enjoyment'а. Более прагматически настроенные персонажи упирают на необходимость престижных публикаций для получения теньюрированных позиций и грантов. Скажем, человек постарше жалуется, что в его годы математики искали фана, а теперь молодежь вынуждена думать только о том, как выжить в академии. Или человек помоложе жалуется, что его научный руководитель настаивает на необходимости престижных публикаций, а ведь это убивает энджоймент. О занятиях математикой как деятельности, преследующей внеличностные цели, типа поиска научной истины или чего-либо в этом роде, я, кажется, не слыхал ничего ни от кого (с тех пор, как в последние годы стал обращать внимание на этот аспект). Никто не говорит, например, о желании сделать в математике что-нибудь по-настоящему важное независимо того, как это скажется на удовольствиях и карьере.
Вера в ученых носит бюрократический характер, это частный случай модной современной левой веры в "институты". Вера в науку носит религиозный характер.
Я верю в математику и не доверяю математикам. Верю в науку и не доверяю ученым.
Моя вера в науку и в математику есть вера в валидность некого идеала. Она состоит в том, что жаждущий научной истины сможет приблизиться к ней. О социальной практике научно-исследовательской работы в современных или любых иных условия моя вера в науку не говорит ровным счетом ничего. Эмпирика показывает, что с этой социальной практикой имеются большие проблемы.
Можно верить в науку, а можно доверять ученым. Это вещи настолько разные, что прямо несовместимые. Ученые в массе своей не то что даже предали идеалы науки, а вообще никогда никаких намерений быть верными таким идеалам не имели и ничего об этом не говорили, а всю дорогу стремились извлекать жизненные блага из своих академических статусов и позиций. И извлекают; то есть, решают свои бытовые проблемы за счет налогоплательщиков и наивных частных пожертвователей, в чем завсегда готовы прямо признаться. Ни о каких идеалах, ни о каком стремлении к познанию и к истине, и т.д., не имея при этом ни малейшего понятия, и вовсе ими не интересуясь.
Реальный спор о мотивациях между математиками идет сегодня в следующей плоскости. Более романтически настроенные персонажи говорят о математике как источнике удовольствий, fun'а и enjoyment'а. Более прагматически настроенные персонажи упирают на необходимость престижных публикаций для получения теньюрированных позиций и грантов. Скажем, человек постарше жалуется, что в его годы математики искали фана, а теперь молодежь вынуждена думать только о том, как выжить в академии. Или человек помоложе жалуется, что его научный руководитель настаивает на необходимости престижных публикаций, а ведь это убивает энджоймент. О занятиях математикой как деятельности, преследующей внеличностные цели, типа поиска научной истины или чего-либо в этом роде, я, кажется, не слыхал ничего ни от кого (с тех пор, как в последние годы стал обращать внимание на этот аспект). Никто не говорит, например, о желании сделать в математике что-нибудь по-настоящему важное независимо того, как это скажется на удовольствиях и карьере.
Вера в ученых носит бюрократический характер, это частный случай модной современной левой веры в "институты". Вера в науку носит религиозный характер.
Я верю в математику и не доверяю математикам. Верю в науку и не доверяю ученым.
Моя вера в науку и в математику есть вера в валидность некого идеала. Она состоит в том, что жаждущий научной истины сможет приблизиться к ней. О социальной практике научно-исследовательской работы в современных или любых иных условия моя вера в науку не говорит ровным счетом ничего. Эмпирика показывает, что с этой социальной практикой имеются большие проблемы.
