Тут не нужно было никакого стеклянного шара. Мы ходили по Москве с этим плакатом в период около первых выборов Путина, т.е., где-то примерно в марте 2000 года. Вторая война в Чечне была в самом разгаре. Против нее, в первую очередь, и был направлен мой протест. Но да, мне было совершенно очевидно, что если Кремль выиграет войну в Чечне, то он развяжет какую-нибудь следующую войну.
Я очень переживал в 92-93 годах, а уж с середины 90х твердо говорил, что прогноз неблагоприятен. Все проблемы первой половины 90х — галопирующая инфляция 92-93 годов, внешнеполитические и национально-политические авантюры (выселение ингушей из Пригородного района в ноябре 92, Таджикистан и т.д.), конфликт между ветвями власти и разгон Верховного Совета — на все эти события я смотрел сквозь линзу прогностической теории, согласно которой Россия проходила через точку бифуркации, некую развилку. С каждым оборотом становилось все очевиднее, что она сворачивает на путь, ведущий к большой беде. Базовой моделью была аналогия с Веймарской Германией.
Сильное впечатление на меня произвело общение с однокурсниками по мехмату МГУ летом 1992 года, на месячных военных сборах (в училище ПВО в Пушкине, под Петербургом). Это был контингент мальчиков-студентов мехмата, учившихся на военной кафедре, но не москвичей, а иногородних (я был из Подмосковья и считался иногородним). Впечатление было очень плохим, тяжелым. Было очевидно, что национальная нетерпимость, жажда реванша и т.д. цветут и пахнут, и никакого отпора не встречают.
При этом, согласно моей модели, от революции 1991 года до последующей катастрофы должно было пройти, примерно как в Германии, 1933 — 1918 = около 15 лет или 1939 — 1918 = около 20 лет. Поэтому я очень печаловался в 90х и первой половине 00х годов, участвовал в протестах и т.д., но эмигрировать не спешил. А весной 2014 года встал, повернулся и уехал насовсем.
no subject
Date: 2025-07-31 12:12 pm (UTC)no subject
Date: 2025-07-31 12:13 pm (UTC)no subject
Date: 2025-07-31 03:27 pm (UTC)no subject
Date: 2025-07-31 03:28 pm (UTC)При этом, согласно моей модели, от революции 1991 года до последующей катастрофы должно было пройти, примерно как в Германии, 1933 — 1918 = около 15 лет или 1939 — 1918 = около 20 лет. Поэтому я очень печаловался в 90х и первой половине 00х годов, участвовал в протестах и т.д., но эмигрировать не спешил. А весной 2014 года встал, повернулся и уехал насовсем.