К предыдущему

[posic]

В общем, да. Летом 2022 года -- то есть, примерно тогда, когда окружающий мир окончательно сошел с рельсов -- моя жизнь нормализовалась. То есть, в возрасте 49 лет.

Конечно, если бы решение повседневных бытовых и карьерных проблем было главной целью, то такой нормальности можно было достичь на 15-20 лет раньше. Но целью была и остается не нормальная жизнь (что бы это ни означало), а творческая самореализация.

Теперь, когда у меня вышли из печати в рецензируемых изданиях 6 книг и 60 статей, а полный список публикаций составляет 85 наименований -- теперь даже самые поверхностные наблюдатели могут примерно видеть, что это значит.

Но с 3 книгами и 12 статьями в возрасте 41 год в 2014 году в Израиле было трудно, конечно. Три книги -- много, но двенадцать статей -- очень мало в таком возрасте. Впрочем, конечно, дело не столько в длине списка публикаций или индексе Хирша, сколько в содержательной проблеме поиска себе подходящего места в мире.

Comments

[posic]

https://www.facebook.com/posic/posts/pfbid02QDvFa2c7cst5xpXJDh1zwRXZ4xrG9RoMKDs3JrM8v4z8fkqpJHg75jqbyEdEfUJql

[posic]

> Ты и в Израиле не терял оптимизма.

Никакого оптимизма у меня никогда не было нигде. Даже сейчас его нет (ты можешь заметить, что в моем постинге ничего не говорится о будущем, а только о прошлом). Я просто видел, что я прав по существу, и был (и остаюсь) готов умереть за свою правоту.

[posic]

То есть, мой оптимизм состоял (и состоит) в вере в то, что если я прав по существу, то Всевышний меня оправдает.

[posic]

https://posic.livejournal.com/3353352.html

[posic]

> я наивно полагал, что у математиков до сих пор совсем не так, и само по себе количество [статей] вообще не важно. Или важны названия журналов?

Строго говоря, применительно ко мне, ответ неизвестен. Что было бы, если бы я прилетел в Израиль весной 2014 года не с 14-15 публикациями, как это фактически случилось, а, скажем, с 30 публикациями? Все равно потребовался бы перфоманс на суккотной неделе в начале октября 2014, или обошлось бы без этого? Я не знаю. Такой эксперимент не был поставлен.

Я надеюсь, хотя далеко не уверен, что такого эксперимента, применительно ко мне, не случится и в будущем. Я предпочел бы работать до конца жизни на моей нынешней работе, и никаких новых позиций больше не искать.

В то же время я предполагаю, что если все-таки придется, в Израиле или где-то еще, то мой более солидный теперь список публикаций, вместе с более солидными показателями цитируемости, мне поможет. Хотя публикаций в журналах "топового" уровня у меня никогда не было и нет, а многие из моих поздних работ опубликованы в откровенно слабых изданиях. Но есть и немало поздних работ, опубликованных в журналах пусть не слишком престижных, но вполне солидных.

***

Теоретически же, на основе впечатлений и разговоров, мне кажется, что дело обстоит так. По сравнению с физикой, в математике критерии валидности результатов являются более формальными ("строгое доказательство"), а карьерные критерии — менее формальными. В том числе, и потому, что математиков меньше, чем физиков, а значит, возможен более индивидуализированный подход.

Я думаю, что почти никакой критерий не является ни строго необходимым, ни строго достаточным. Производится интегральная оценка по совокупности показателей. Комиссия по найму обсуждает кандидатов, в ходе обсуждения приводятся разные аргументы.

Конечно, рекомендательные письма важнее всего. Если человек решил известную открытую проблему, то и совсем короткий список публикаций не помешает получению хорошей позиции. Но длина списка публикаций, наряду с количеством журналов тех или иных уровней престижности в этом списке и т.д., является одним из показателей, которые учитываются.

Вот учитываются ли показатели цитируемости — это менее очевидный вопрос. Зависит от места, от учреждения, страны и т.д., я думаю.