Поток рефлексии (post-achievement)
Mar. 29th, 2021 12:34 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
posicТошно мне. И очень легко объяснить, почему.
С одной стороны, я вроде бы всего добился. Наконец-то, после стольких лет и т.д. Никто больше не дает мне непрошеных руководящих указаний по научной и научно-писательской работе, никто не подвергает сомнению мое право заниматься математикой так, как я нахожу нужным. Я хочу писать о чем-то там своем, типа контрамодулей, и пишу, о чем хочу. У меня полупостоянная чисто исследовательская позиция, просторная квартира, достаточная зарплата -- все это в цивилизованной европейской стране. На случай, если я захочу переехать в другую страну, у меня есть солидный (и быстро удлиняющийся) список публикаций. Индекс цитируемости солидный. Вроде, я известный в мире алгебраист.
Все эти достижения в таком виде очень недавние, так что к ним естественным образом прилагается post-achievement depression. Но это бы ладно еще.
Я живу в обстановке бесправия и произвола. Власти страны, где я живу, запретили мне выходить из дома поздно вечером. Я не могу придти в магазин, чтобы выбрать себе туфли и штаны. Где и когда бы я ни находился вне своей квартиры, первый встречный полицейский имеет все законные основания меня остановить и, как минимум, выписать штраф. Я с ужасом ожидаю очередных распоряжений правительства, которые могут последовать на каждой очередной неделе.
Непонятно даже, чего следовало бы желать. Нужны ли туфли и штаны, театры и рестораны людям, готовым приветствовать всеобщее принудительное тестирование на какое-то там заболевание и призывать к принудительной вакцинации? Может, им лучше пожить без туфлей и ресторанов еще годков этак десять, может, это произведет на них полезный вразумляющий эффект?
С другой стороны, зачем нужны теоремы в городе, где объявлен комендантский час, где закрыты парикмахерские и нельзя купить туфлей? Где нельзя даже придти в университет, чтобы обсудить с коллегами эту теорему? Это не вопрос бедности, разрухи, опасности и т.д.; это вопрос разрухи в головах. Вот я выложу очередной препринт, и это сразу всех убедит в необходимости открыть двери магазинов и университетов...
Ладно бы еще, если бы у меня были гениальные революционные идеи, публикация которых теоретически могла бы повлиять на чье-то мнение о приемлемости ситуации, когда правительство запретило мне гулять по ночам и покупать штаны в магазине. Но все мои гениальные идеи, если таковые существовали когда-либо, давно обнародованы. Новых не появится в условиях, когда научное общение сведено практически к нулю. Как ни мало пользы от моих настойчивых нарушений масочного режима, а от моего очередного препринта пользы будет, вероятно, еще меньше...
С одной стороны, я вроде бы всего добился. Наконец-то, после стольких лет и т.д. Никто больше не дает мне непрошеных руководящих указаний по научной и научно-писательской работе, никто не подвергает сомнению мое право заниматься математикой так, как я нахожу нужным. Я хочу писать о чем-то там своем, типа контрамодулей, и пишу, о чем хочу. У меня полупостоянная чисто исследовательская позиция, просторная квартира, достаточная зарплата -- все это в цивилизованной европейской стране. На случай, если я захочу переехать в другую страну, у меня есть солидный (и быстро удлиняющийся) список публикаций. Индекс цитируемости солидный. Вроде, я известный в мире алгебраист.
Все эти достижения в таком виде очень недавние, так что к ним естественным образом прилагается post-achievement depression. Но это бы ладно еще.
Я живу в обстановке бесправия и произвола. Власти страны, где я живу, запретили мне выходить из дома поздно вечером. Я не могу придти в магазин, чтобы выбрать себе туфли и штаны. Где и когда бы я ни находился вне своей квартиры, первый встречный полицейский имеет все законные основания меня остановить и, как минимум, выписать штраф. Я с ужасом ожидаю очередных распоряжений правительства, которые могут последовать на каждой очередной неделе.
Непонятно даже, чего следовало бы желать. Нужны ли туфли и штаны, театры и рестораны людям, готовым приветствовать всеобщее принудительное тестирование на какое-то там заболевание и призывать к принудительной вакцинации? Может, им лучше пожить без туфлей и ресторанов еще годков этак десять, может, это произведет на них полезный вразумляющий эффект?
С другой стороны, зачем нужны теоремы в городе, где объявлен комендантский час, где закрыты парикмахерские и нельзя купить туфлей? Где нельзя даже придти в университет, чтобы обсудить с коллегами эту теорему? Это не вопрос бедности, разрухи, опасности и т.д.; это вопрос разрухи в головах. Вот я выложу очередной препринт, и это сразу всех убедит в необходимости открыть двери магазинов и университетов...
Ладно бы еще, если бы у меня были гениальные революционные идеи, публикация которых теоретически могла бы повлиять на чье-то мнение о приемлемости ситуации, когда правительство запретило мне гулять по ночам и покупать штаны в магазине. Но все мои гениальные идеи, если таковые существовали когда-либо, давно обнародованы. Новых не появится в условиях, когда научное общение сведено практически к нулю. Как ни мало пользы от моих настойчивых нарушений масочного режима, а от моего очередного препринта пользы будет, вероятно, еще меньше...
