К предыдущему

Весной я вспоминал здесь другую дату -- насколько можно сейчас это восстановить, 10 мая 1990 года я отнес в редакцию московского журнала "Функциональный анализ и его приложения" свою первую научную работу. Было мне тогда 17 лет. А придумано то доказательство было еще раньше, где-то поздней осенью 1989 года.

Получается, что моя жизнь пока что разделилась на три почти равные части. Первые 16.5-17 лет ушли на то, чтобы повзрослеть; следующие 16.5-17 лет -- на то, чтобы в самых общих чертах сформировать замысел -- что я, собственно, хочу сделать; и следующие 16 лет -- реализация этого замысла.

Что полностью соответствует популярной формуле о том, что постановка задачи -- это половина научной работы, или даже более важная половина. На половину работы ушла половина времени.

Неискушенный наблюдатель смотрит на мою биографию и видит нечто хаотическое -- происшествия разные, переезды из страны в страну по не вполне понятным причинам и т.д. Неискушенный наблюдатель привык считать талантливых людей безвольными, беспомощными слизняками, и смотрит на вещи соответственно. Потом оказывается, что предсказательная сила его интерпретаций равна нулю, но это его не смущает, поскольку ему вообще все это не очень интересно.

А на самом деле все совсем иначе.

Ну, что тут непонятного? Что тут непонятного?

Ну, не читал типичный современный математик Фихтенгольца в десять лет, это понятно? И первую свою математическую научную работу он начал читать всяко не школьником, как ты, а во второй половине аспирантуры. Когда все мысли уже об карьеру, теньюр, жениться и детей.

Типичный современный математик -- это даже не самый способный к математике выпускник своего класса в средней школе. Или в университете. Там самый способный ко всем предметам школьник -- стал юристом или врачом. На худой конец, программистом. А математиком стал умеренно способный к математике конформист и карьерист, готовый удовольствоваться третьесортной карьерой за отсутствием необходимых талантов для второсортной. Готовый удовольствоваться бессмысленной на грани абсурдности преподавательской работой за маленькую зарплату без всяких перспектив кроме умеренно комфортной пенсии.

Дальше, ну что такое гомологическая алгебра? Ты когда-нибудь слыхал, чтобы кому-нибудь дали филдсовскую медаль за работы по гомологической алгебре? Не говоря уже об абелевской премии или что там еще есть на сопоставимом уровне? Гомологическая алгебра -- это вспомогательный технический инструмент, когда-то считавшийся сложным, но в последние десятилетия сильно "демократизировавшийся". По-настоящему талантливый и амбициозный математик не станет заниматься гомологической алгеброй. Если не понимать под ней, конечно, решение задач суперзвезды Имярек...

Ты спроси себя, почему ты стал заниматься гомологической алгеброй, хотя все старшие математики тебя от этого отговаривали. "Гомологической алгеброй заниматься нельзя, это техника", -- и так далее. Ответ будет: потому, что ты жаждал математики ради нее самой, и ориентировался в ней по своему собственному личному эстетическому чувству. Искал область, в которой твои таланты достигают высокого пика, чтобы максимизировать свой вклад "по гамбургскому счету". Вот, и результат в научно-социальной плоскости налицо.

Перед тобой толпа бездарных претендентов на третьесортную карьеру. Которые из своих работ они считают лучшими, они подают в престижные журналы, которые ты бойкотируешь. И там в этих престижных журналах эти работы публикуются, поскольку без тебя завернуть их некому, практически. Которые из своих работ они считают худшими, те ты рецензируешь. Чему тут удивляться?