К предыдущему
Nov. 10th, 2016 12:33 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
posicСуть дела, собственно, в большой степени даже не в том, что написано в предыдущем постинге, а в том, что люди бывают ежи или лисицы, или как там это называется. В общем, бывает, заглядывает человек в статью, пролистывает за минуту, и может сразу сказать и о чем это, и интересно ли это. А я буду вместо этого неделями погружаться в текст и контекст, чтобы потом написать рецензию, про которую скажут, что она интереснее и познавательнее рецензируемой статьи.
В социальном плане, последнее может иметь смысл как попытка задать высокий стандарт жанра рецензии, к которому потом кто-то там будет тянуться. Что является затеей практически безнадежной, не только потому, что никаких стимулов тянуться ни к каким таким стандартам ни у кого нет, но и просто потому, что рецензии практически никто не читает. Это секретный непубличный жанр. Конвенция анонимности рецензирования формально охраняет рецензента, но я бы вывешивал свои рецензии в публичный доступ, если бы мне не было неудобно перед авторами и редакторами.
Может быть, я когда-нибудь озверею настолько, что буду соглашаться рецензировать под условие, что редакция не возражает против того, что я опубликую свою рецензию. Но пока этого не произошло, рецензирование остается для меня затратной и бесполезной данью конвенциям чуждого мне социума, плюс малоэффективной попыткой предоставить шанс на место в этом социуме моим идеям (развиваемым в рецензируемых работах). Видимо, именно смешением двух последних точек зрения в моей голове объясняется как тот факт, что я пока еще иногда рецензирую, так и тот, что я так много и безрезультатно из-за этого переживаю.
В социальном плане, последнее может иметь смысл как попытка задать высокий стандарт жанра рецензии, к которому потом кто-то там будет тянуться. Что является затеей практически безнадежной, не только потому, что никаких стимулов тянуться ни к каким таким стандартам ни у кого нет, но и просто потому, что рецензии практически никто не читает. Это секретный непубличный жанр. Конвенция анонимности рецензирования формально охраняет рецензента, но я бы вывешивал свои рецензии в публичный доступ, если бы мне не было неудобно перед авторами и редакторами.
Может быть, я когда-нибудь озверею настолько, что буду соглашаться рецензировать под условие, что редакция не возражает против того, что я опубликую свою рецензию. Но пока этого не произошло, рецензирование остается для меня затратной и бесполезной данью конвенциям чуждого мне социума, плюс малоэффективной попыткой предоставить шанс на место в этом социуме моим идеям (развиваемым в рецензируемых работах). Видимо, именно смешением двух последних точек зрения в моей голове объясняется как тот факт, что я пока еще иногда рецензирую, так и тот, что я так много и безрезультатно из-за этого переживаю.
