К предпредыдущему
Dec. 24th, 2015 03:55 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
posicQ.: Тебе кажется, это хорошая переговорная стратегия? По-моему, она выглядит довольно слабой.
A.: Слаба -- позиция моя переговорная. Это, примерно, лучшая возможная стратегия в той в целом весьма слабой, особенно в среднесрочной перспективе, позиции, в которой я нахожусь.
Q.: Почему позиция слабая? И в чем, кстати, особенность среднесрочной перспективы?
A.: Да потому, что я никому не нужен! Сильна позиция на рынке труда у того работника, услуги которого заинтересованы приобретать и оплачивать, как минимум, два работодателя, причем так, чтобы он всегда мог перейти от одного к другому. Тогда его будут стремиться не только нанять, но и удержать.
При сложившейся в современной научно-образовательной отрасли системе пожизненного найма, особенно, насколько я мог уловить, в ее израильском варианте, этому условию удовлетворяют только самые знаменитые люди, звезды. Если вообще кто-либо. Я не звезда и ни в какой обозримой перспективе звездой не стану.
Никому не нужен человек, собирающийся забрать себе калачи и пышки, оставив другим синяки и шишки. На том основании, что он, дескать, хоть и непризнанный, но гений, а для синяков и шишек слишком чувствителен. Никому не нужен яркий человек, чтобы бледно выглядеть на его фоне, и т.д.
Особенность среднесрочной перспективы в том, что чем ближе будут знакомиться со мной люди, тем слабее им будет казаться мое положение.
Q.: Ну, слушай. В израильских университетах немало ярких людей. Некоторые из них, конечно, возглявляют влиятельные группировки, умеющие коллективно толкаться локтями, но далеко не все. Почему-то они кому-то нужны все же.
A.: Да, но это нельзя описать в терминах "силы переговорных позиций".
Q.: Что это значит?
A.: Это значит, что это Израиль. Если здесь люди начнут есть друг друга, они не успеют оглянуться, как все окажутся съеденными.
Q.: Это и просходит, кстати ...
A.: Местами, да. И служит предупреждением другим местам. Но главная особенность этой страны в том, что здесь люди каждодневно делают трудный нравственный выбор. Принуждены к этому, под перекрестными угрозами катастрофических последствий с разных сторон. Как оно только и может быть, собственно говоря, поскольку такова цена нравственного выбора вообще.
Q.: Что применительно к нашей проблеме означает ...
A.: ... что бессмысленно говорить о силе позиций там, где не определены правила игры.
Q.: Правила в нравственной плоскости определены Всевышним.
A.: Да.
Q.: И они не состоят в том, чтобы занимать позиции на уровне "не хотите по хорошему, будет по-плохому".
A.: Разве?
Q.: То есть, ты считаешь, нормально?
A.: Нормально то, что осмысленная позиция живет консистентным образом одновременно на многих уровнях, и может быть сформулирована как в более возвышенном штиле, так и в более приземленном. От того, что я скажу "Ибо лучше умереть мне, нежели так жить", ничего не изменится по существу, правда ведь?
Q.: Ну хорошо, а какую формулировку ты сам предпочитаешь?
A.: Я предпочитаю делать, что должно, и будь, что будет.
A.: Слаба -- позиция моя переговорная. Это, примерно, лучшая возможная стратегия в той в целом весьма слабой, особенно в среднесрочной перспективе, позиции, в которой я нахожусь.
Q.: Почему позиция слабая? И в чем, кстати, особенность среднесрочной перспективы?
A.: Да потому, что я никому не нужен! Сильна позиция на рынке труда у того работника, услуги которого заинтересованы приобретать и оплачивать, как минимум, два работодателя, причем так, чтобы он всегда мог перейти от одного к другому. Тогда его будут стремиться не только нанять, но и удержать.
При сложившейся в современной научно-образовательной отрасли системе пожизненного найма, особенно, насколько я мог уловить, в ее израильском варианте, этому условию удовлетворяют только самые знаменитые люди, звезды. Если вообще кто-либо. Я не звезда и ни в какой обозримой перспективе звездой не стану.
Никому не нужен человек, собирающийся забрать себе калачи и пышки, оставив другим синяки и шишки. На том основании, что он, дескать, хоть и непризнанный, но гений, а для синяков и шишек слишком чувствителен. Никому не нужен яркий человек, чтобы бледно выглядеть на его фоне, и т.д.
Особенность среднесрочной перспективы в том, что чем ближе будут знакомиться со мной люди, тем слабее им будет казаться мое положение.
Q.: Ну, слушай. В израильских университетах немало ярких людей. Некоторые из них, конечно, возглявляют влиятельные группировки, умеющие коллективно толкаться локтями, но далеко не все. Почему-то они кому-то нужны все же.
A.: Да, но это нельзя описать в терминах "силы переговорных позиций".
Q.: Что это значит?
A.: Это значит, что это Израиль. Если здесь люди начнут есть друг друга, они не успеют оглянуться, как все окажутся съеденными.
Q.: Это и просходит, кстати ...
A.: Местами, да. И служит предупреждением другим местам. Но главная особенность этой страны в том, что здесь люди каждодневно делают трудный нравственный выбор. Принуждены к этому, под перекрестными угрозами катастрофических последствий с разных сторон. Как оно только и может быть, собственно говоря, поскольку такова цена нравственного выбора вообще.
Q.: Что применительно к нашей проблеме означает ...
A.: ... что бессмысленно говорить о силе позиций там, где не определены правила игры.
Q.: Правила в нравственной плоскости определены Всевышним.
A.: Да.
Q.: И они не состоят в том, чтобы занимать позиции на уровне "не хотите по хорошему, будет по-плохому".
A.: Разве?
Q.: То есть, ты считаешь, нормально?
A.: Нормально то, что осмысленная позиция живет консистентным образом одновременно на многих уровнях, и может быть сформулирована как в более возвышенном штиле, так и в более приземленном. От того, что я скажу "Ибо лучше умереть мне, нежели так жить", ничего не изменится по существу, правда ведь?
Q.: Ну хорошо, а какую формулировку ты сам предпочитаешь?
A.: Я предпочитаю делать, что должно, и будь, что будет.
