К предыдущему

В этом смысле, можно говорить о том, что я никогда (после середины 90-х годов) не хотел жить в России, но те, от кого это зависело, могли попробовать удержать меня в Москве, поддерживая условия, в которых был бы убедителен тезис, что интересы дела требуют моего присутствия.

В реальности, последние сомнения в том, что интересы дела требуют противоположного, отпали к концу 2013 года. Вопрос стоял, из математики ли уходить, или из Москвы уезжать, или откуда-то еще, но вообще в целом в том, что нужно именно уйти, сомнений не было. Тут как раз подоспела "русская весна".