![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
posicПохоже, есть несколько реальных явлений, которые скрываются за этим понятием:
0. Не латентная, и не гражданская, а совершенно горячая межнациональная война в Чечне. Но это про другое.
1. До сих не вполне закончившаяся гражданская война 1918-20 годов -- между сторонниками коммунистического и капиталистического хозяйствования. В некотором смысле и до некоторой степени, последним горячим актом той войны можно считать события осени 1993 года. Думаю, можно сказать, что ЭТА старая война сейчас быстро сходит на нет, и почти уже сошла. Победила теория третьего пути -- "социально ориентированной рыночной экономики". Теория эта глубоко ошибочная и очень вредная, в долгосрочной перспективе работать не может и ведёт лишь к новым потрясениям. Но на сегодня она является предметом широчайшего консенсуса.
2. Новый спор между сторонниками трамвайной теории (присвоившими себе титул "патриотов") и её противниками (которые ходят у нас под именем "либералов"). Из этого места запросто может проистечь какая-нибудь войнушка, но вряд ли гражданская, а скорее внешняя -- в случае победы первой партии. Собственно, целый ряд войнушек уже проистекли, и их было бы больше, если бы эта телега не застряла в Чечне. Отношения же между сторонами внутреннего спора по этому вопросу остаются в целом вполне мирными. Есть исключения, да, но они маргинальны.
3. Самооккупация, или "война между жителями и государством". Это вообще никакая не война, поскольку "жители" и "государство" здесь -- не люди, а функции. Просто "житель" -- это тот, кто в данный момент страдает, а "государство" -- тот, от кого; меняются же местами они легко и часто. Собственно, ярчайший пример этого явления -- дедовщина в армии. В пределе всё это вырождается не в горячую войну между двумя оформившимися партиями, а в общий беззаконный хаос, "войну всех со всеми".
4. Отношения между частными лицами в их частном качестве. Здесь ситуация, на самом деле, не очень хорошая (как оно и закономерно в свете пункта 3). Попросту, я не знаю другой страны, где можно со столь необыкновенной лёгкостью быть покалеченным на улице за косой взгляд. Конечно, такое положение во многом создаётся полукриминальной публикой, прошедшей через войну или тюрьму, и такие люди не составляют большинства. Но, во-первых, подобным образом ведут себя даже люди на вид вполне обыкновенные, а во-вторых, это проблема в основе своей идеологическая. Представление о высоконравственности и благотворности грубого насилия как реакции на неодобряемые высказывания -- распространено настолько, что, кажется, никто, кроме либертарианцев и откровенных пацифистов с ним и не спорит.
5. Ситуация идеологических маргиналов, ощущающих себя в положении латентной гражданской войны с большой частью населения страны. Это применимо, в частности, и ко мне. Ощущения эти, я полагаю, могут быть достаточно адекватны, но они не отражают ситуации в стране в целом. Таких людей очень мало.
6. Субъективно переживаемое неблагополучие в частной жизни, проецируемое в политическую плоскость. Это вполне может иметь место, и вполне может побуждать некоторых высказывающихся сгущать краски, но в целом к делу не относится. Там, где можно указать на пункты 1-5, нет нужды привлекать такого рода объяснения.
0. Не латентная, и не гражданская, а совершенно горячая межнациональная война в Чечне. Но это про другое.
1. До сих не вполне закончившаяся гражданская война 1918-20 годов -- между сторонниками коммунистического и капиталистического хозяйствования. В некотором смысле и до некоторой степени, последним горячим актом той войны можно считать события осени 1993 года. Думаю, можно сказать, что ЭТА старая война сейчас быстро сходит на нет, и почти уже сошла. Победила теория третьего пути -- "социально ориентированной рыночной экономики". Теория эта глубоко ошибочная и очень вредная, в долгосрочной перспективе работать не может и ведёт лишь к новым потрясениям. Но на сегодня она является предметом широчайшего консенсуса.
2. Новый спор между сторонниками трамвайной теории (присвоившими себе титул "патриотов") и её противниками (которые ходят у нас под именем "либералов"). Из этого места запросто может проистечь какая-нибудь войнушка, но вряд ли гражданская, а скорее внешняя -- в случае победы первой партии. Собственно, целый ряд войнушек уже проистекли, и их было бы больше, если бы эта телега не застряла в Чечне. Отношения же между сторонами внутреннего спора по этому вопросу остаются в целом вполне мирными. Есть исключения, да, но они маргинальны.
3. Самооккупация, или "война между жителями и государством". Это вообще никакая не война, поскольку "жители" и "государство" здесь -- не люди, а функции. Просто "житель" -- это тот, кто в данный момент страдает, а "государство" -- тот, от кого; меняются же местами они легко и часто. Собственно, ярчайший пример этого явления -- дедовщина в армии. В пределе всё это вырождается не в горячую войну между двумя оформившимися партиями, а в общий беззаконный хаос, "войну всех со всеми".
4. Отношения между частными лицами в их частном качестве. Здесь ситуация, на самом деле, не очень хорошая (как оно и закономерно в свете пункта 3). Попросту, я не знаю другой страны, где можно со столь необыкновенной лёгкостью быть покалеченным на улице за косой взгляд. Конечно, такое положение во многом создаётся полукриминальной публикой, прошедшей через войну или тюрьму, и такие люди не составляют большинства. Но, во-первых, подобным образом ведут себя даже люди на вид вполне обыкновенные, а во-вторых, это проблема в основе своей идеологическая. Представление о высоконравственности и благотворности грубого насилия как реакции на неодобряемые высказывания -- распространено настолько, что, кажется, никто, кроме либертарианцев и откровенных пацифистов с ним и не спорит.
5. Ситуация идеологических маргиналов, ощущающих себя в положении латентной гражданской войны с большой частью населения страны. Это применимо, в частности, и ко мне. Ощущения эти, я полагаю, могут быть достаточно адекватны, но они не отражают ситуации в стране в целом. Таких людей очень мало.
6. Субъективно переживаемое неблагополучие в частной жизни, проецируемое в политическую плоскость. Это вполне может иметь место, и вполне может побуждать некоторых высказывающихся сгущать краски, но в целом к делу не относится. Там, где можно указать на пункты 1-5, нет нужды привлекать такого рода объяснения.
